Сроки исковой давности при оспаривании сделок

Пропуск срока исковой давности – самостоятельное и безусловное основание для отказа в удовлетворении исковых требований. Поэтому судебные юристы, оценивая правовую перспективу дела, рассматривают не только фактические обстоятельства, но также проверяют, не пропущен ли срок для защиты нарушенного права.

Приведем примеры, как вопрос о пропуске срока исковой давности, рассматривался в судебной практике нашей коллегии.

В Центральную коллегию адвокатов за помощью обратился пенсионер. Его дело, в котором он участвовал в качестве ответчика, уже слушалось в суде. Истец оспаривал право собственности пенсионера на часть домовладения в деревне, а также на земельный участок, примыкавший к данному домовладению. История вопроса уходила корнями еще в начало 1990-ых годов. Около двадцати лет назад пенсионер решил приобрести для своей семьи земельный участок с небольшим домиком на нем, чтобы приезжать туда как на дачу. В ходе самостоятельных поисков (риэлторов тогда еще не было) в одном из небольших поселков Подмосковья он вместе с женой познакомился с двумя братьями, которые, чтобы прокормиться в те голодные годы продавали овощи со своего огорода. В разговоре выяснилось, что они одиноко живут в частном доме, расположенном на большом земельном участке, и готовы продать половину дома, поскольку все равно не в состоянии содержать большое домовладение. И пенсионер приобрел у братьев половину данного домовладение, заплатив при этом реальную по тем временам цену за практически разваливающийся дом и практически ничего не стоящую тогда землю.

Правильная по сути сделка таила в себе изъян, о котором и вспомнили родственники этих братьев, обратившись в суд через 20 лет после заключения договора купли-продажи. Родственники стали утверждать, что часть дома, которая была продана пенсионеру, на момент ее продажи, принадлежала лицу, не понимавшему значение своих действий и не руководившему ими, а именно: один из братьев был болен олигофренией (серьезным психическим заболеванием, которое свидетельствует о низком умственном развитии), а значит он не мог самостоятельно продать свою часть дома, и поэтому данная сделка подлежит признанию недействительной и половина домовладения вместе с земельным участком должна быть возвращена наследникам, поскольку сам брат уже скончался.

Адвокаты нашей коллегии оценили рассматриваемые обстоятельства и пришли к выводу, что эффективная защита может строиться только в части вопроса о применении срока исковой давности. Так и вышло. Проведенная по делу посмертная психиатрическая экспертиза больного брата безусловно установила, что диагноз олигофрения свидетельствует о том, что человек не мог в полной мере понимать смысл договора купли-продажи. Но адвокаты и не спорили с наличием у одной из сторон оспариваемого договора купли-продажи серьезного психического заболевания. Защита была построена на добросовестном и открытом владении пенсионером рассматриваемым домовладением почти 20 лет. Обстоятельства свидетельствовали, что здоровый брат (единственный близкий родственник брата-олигофрена) знал об оспариваемой сделке, поскольку выступал на стороне сопродавца. При этом в течение 5 лет с момента сделки до своей смерти никаких претензий как родственник больного человека ни от своего имени, ни в его защиту не предпринимал, а значит был согласен с существом сделки. Затем уже родственники здорового брата (после вступления в его наследство), также зная о совершенной сделке, более 15 лет (вплоть до смерти больного брата) не предпринимали никаких мер. Сам же пенсионер (и это не оспаривалась истцом в ходе судебного разбирательства), а также члены его семьи все 20 лет приезжали и жили в части домовладения, пользовались земельным участком, помогали больному брату. Фактически получалось, что родственники, не желая принимать на себя заботу о больном, только и ждали его естественной кончины, чтобы уже в качестве наследников заявлять о якобы допущенных нарушениях прав больного человека при заключении оспариваемого договора купли-продажи.

Суд первой инстанции довольно формально отнесся к выяснению обстоятельств дела и, установив факт наличия у одной из сторон сделки такого заболевания как олигофрения, пришел к выводу о признании сделки недействительной.

Наши адвокаты обратились с жалобой в апелляционную инстанцию, которая более внимательно отнеслась к доводам пенсионера о пропуске срока исковой давности. В ходе судебного разбирательства в апелляционной инстанции истец на вопросы адвоката еще раз подтвердил, что ему было известно о заключенной сделки как минимум лет за десять до обращения в суд с иском об оспаривании договора купли-продажи, но он никаких мер по защите прав своего родственника не предпринимал. Суд апелляционной инстанции, оценив все обстоятельства, пришел к выводу о том, что в подобной ситуации срок исковой давности не может исчисляться с момента смерти наследодателя (больного брата), а должен исчисляться с момента, когда заинтересованное лицо (то есть истец как родственник больного) узнал о наличии предполагаемого нарушения права, и данный срок необходимо считать пропущенным, учитывая значительный период с момента совершения сделки до обращения в суд.

Стоимость услуг адвоката по уголовным делам в Москве

Арбитражные споры

Вернуться в раздел "Судебная практика"